Дураком быть выгодно, да очень не хочется.
Умным очень хочется, да кончится битьем…
Б.Ш.Окуждава
16 июня Конституционный суд России провозгласил Постановление №39-П, оно принято в открытом заседании Конституционного Суда РФ после заслушивания сообщения судьи-докладчика А.Ю. Бушева. Предметом проверки стали пункты 1 и 3 статьи 1253.1 ГК РФ об ответственности информационных посредников в связи с жалобой ООО «Мир Хобби».
Хочется обратить внимание на увеличение количества открытых (публичных) заседаний Конституционного суда, а также на наличие как прямой трансляции заседаний, так и видеозаписей заседаний. Это очень хорошо, правильно и полезно. Я всегда призывал моих студентов и магистрантов смотреть доступные видеозаписи заседаний в КС, поскольку там периодически встречаются лучшие образчики судебной риторики. Кстати сказать, выступление представителей заявителя, уважаемых коллег д.ю.н. А.Ворожевич и адвоката К.Карпинской, заслуживают вашего внимания и моей высокой оценки.
При этом хочу обратить внимание уважаемых читателей на тот факт, что онлайн трансляция интереснее, поскольку она первичная и не цензурирована, так, например, в нескольких недавних заседаниях были сказаны определенные фразы и оговорки, как председателем КС, так и другими участниками, которые потом были вымараны из видеозаписи. Например, комментарий М.Ю. Барщевского об особых мнениях судей КС и ответ ему В.Д.Зорькина были удалены. Поэтому, как говорится, спешите видеть.
Я, как вы знаете, не являюсь специалистом в области интеллектуальной собственности и тем более, деятельности маркетплейсов, но за этим делом следил еще с ординарных инстанций, поскольку функционирование этих технологических монстров (воронок торговли) вызывают у меня как интерес, так и беспокойство. Не уверен, что их развитие однозначно служит общему благу и полезно для населения. Но у меня нет окончательного мнения по данному вопросу.
Второе, на чем я хотел остановиться прежде чем рассказать о сути рассматриваемого постановления, это юридическая техника, если угодно, стиль судебного акта. Оно заметно отличается от традиционных текстов, которые ранее генерировались в КС. Замечаю, что благодаря появлению «новой крови» стал формироваться альтернативный стиль (язык). Он ближе к научной статье или лекции университетского профессора, в которых в форме почти сократического диалога суд демонстрирует ход и логику своих рассуждений, включая скрытые риторические вопросы, позиции «тезис-антитезис»; а также использования словесных конструкций непривычного в отечественном правосудии свободного (публицистического) стиля, например, «При этом значение имеет не только отсутствие сведений о неправомерности использования («не знало»), но и извинительное незнание об этом («не должно было знать»)». Вообще в этом рассуждении далеко не все доводы касаются правовых вопросов, много доводов отраслевых (как работает маркетплейсы, в чем смысл их деятельности, какие у них есть конфликты интересов), экономических (кто и как может и должен делать с точки зрения бизнес-логики), социальных, и др., а также то, что принято называть экономическим анализом права. Еще два года назад большинство постановлений на 80 процентов состояли из самоцитирования (ранее провозглашенных постановлений и определений КС), а в рассматриваемом постановлении большая часть доводов и аргументов убеждают в силу их простоты, последовательности, логичности и содержательностью. Например, такое «о таких нарушениях, очевидных любому лицу, действующему с разумной степенью осмотрительности, могут свидетельствовать, в частности, намного более низкая цена, не характерная для товаров данной категории, подражание широко известным брендам (например, использование обозначения, которое отличается от общеизвестного товарного знака на одну букву) и т.д.»
В чем же суть споров и правовых развилок?
ООО «Мир Хобби» является обладателем исключительной лицензии на иллюстрации и дизайн коробки настольной игры «Мафия. Вся семья в сборе». Обнаружив на маркетплейсе предложение о продаже контрафактных копий игры, общество направило владельцу площадки претензию, а затем обратилось в арбитражный суд с требованием о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав в размере 9,2 млн руб.
Суды отказали в иске, посчитав владельца маркетплейса информационным посредником, который не обязан предварительно проверять товары и информацию, размещаемую продавцами, а также пришли к выводу, что он выполнил условия освобождения от ответственности, уведомив продавцов о поступившей претензии.
Заявитель утверждал, что сложившаяся практика фактически позволяет маркетплейсам уклоняться от ответственности даже при активном участии в реализации контрафактных товаров.
КС зрит в корень и подчеркнул, что законодатель обязан обеспечивать баланс между интересами правообладателей и участников электронной торговли: «регулирование обеспечивало интересы правообладателей, государства и общества на основе баланса их интересов».
Одновременно предпринимательская деятельность не может осуществляться с игнорированием прав других лиц: «свобода, признаваемая за лицами, ведущими предпринимательскую деятельность, … должна быть уравновешена … требованием ответственного отношения к правам и свободам тех, кого затрагивает их хозяйственная деятельность».
КС отверг позицию о том, что любой маркетплейс автоматически утрачивает статус информационного посредника из-за оказания дополнительных услуг, но «сопутствующая деятельность, выходящая за пределы … перечня, сама по себе не ведет к дисквалификации статуса информационного посредника».
Следовательно, хранение товаров, организация доставки, прием платежей и иные сопутствующие сервисы сами по себе не лишают маркетплейс возможности ссылаться на защитный режим статьи 1253.1 ГК РФ.
Но даже признание лица … информационным посредником при отсутствии его вины само по себе не является абсолютным основанием для освобождения от ответственности.
Для освобождения должны быть соблюдены все условия, предусмотренные пунктом 3 статьи 1253.1 ГК РФ. Закон не возлагает на маркетплейсы обязанность сплошного мониторинга: «Знание о неправомерности использования … не может вменяться владельцу маркетплейса лишь на том основании, что им не осуществляется предварительная проверка товаров», но иное толкование «лишало бы смысла установление особенностей ответственности информационных посредников».
Суд сформулировал новый стандарт поведения владельцев маркетплейсов. По мнению КС «на владельцах маркетплейсов лежит обязанность по принятию необходимых технических мер, направленных на выявление и пресечение явных нарушений интеллектуальных прав». Следовательно, полное безразличие к очевидным нарушениям несовместимо со статусом добросовестного посредника.
Но при этом КС подчеркнул, что простого несогласия продавца с претензией недостаточно: «само по себе несогласие последнего с тем, что им допущено нарушение, обоснованности претензии не опровергает».
Больше всего мне понравились рассуждения КС на тему фактического наделения маркетплейсов некими полномочиями арбитра между правообладателем и предполагаемыми нарушителями его прав.
«Вывод о необходимости проверки означает, по сути, возложение на владельцев маркетплейсов функций арбитра, призванного, с одной стороны, пресечь нарушение интеллектуальных прав, а с другой — не допустить недобросовестного использования данного инструмента в противоречии с его предназначением. При этом какими-либо полномочиями по выяснению фактических обстоятельств они не наделены. Это предопределяет некоторые особенности рассмотрения заявлений правообладателей.
Рубрика «Правосудие здорового человека»
Рубрика «Правосудие здорового человека»