Вчера КС провозгласил постановление №47-П. Дело рассмотрено в заседании без проведения слушания (без открытого судебного заседания). Судьей-докладчиком выступил М.Б. Лобов.
Поводом к рассмотрению дела стал запрос Правительства Омской области о проверке конституционности подп. 9 п. 2 ст. 39.3 Земельного кодекса РФ и абз. 1 п. 4 ст. 10 Федерального закона «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения». По мнению заявителя, действующее регулирование позволяет недобросовестному арендатору приобрести государственный или муниципальный земельный участок сельскохозяйственного назначения без торгов лишь потому, что к моменту подачи заявления ранее выявленные нарушения устранены. Кроме того, закон не позволяет учитывать нарушения, допущенные арендатором при использовании других земельных участков аналогичного назначения.
Предметом рассмотрения КС РФ стало выяснение того, соответствуют ли Конституции РФ указанные нормы в той мере, в какой они регулируют возможность льготной приватизации земельного участка сельскохозяйственного назначения при наличии сведений о нарушениях земельного законодательства, допущенных арендатором.
Земля сельскохозяйственного назначения обладает особым конституционным статусом
«конституционная характеристика земли как основы жизни и деятельности народов… предопределяет требование рационального и эффективного использования, а также охраны земли».
Поэтому законодатель вправе устанавливать специальные правила оборота таких земель.
Льготная приватизация представляет собой меру государственной поддержки добросовестных арендаторов
Конституционный Суд подчеркнул, что продажа земли без торгов является не общим правилом, а исключением.
Поэтому такая возможность является:
«по сути, льготой для лиц, которые на протяжении длительного времени проявляли готовность и способность к освоению арендуемого ими участка».
Следовательно, льгота предназначена исключительно для добросовестных пользователей земли.
Законодатель заменил оценочную категорию объективным критерием. По мнению суда, изменения 2016 года были направлены не на смягчение требований к арендаторам, а лишь на устранение чрезмерного усмотрения органов власти.
Как указано в постановлении,
«новое регулирование основано, по сути, на презумпции того, что именно отсутствие выявленных… неустраненных нарушений законодательства… подтверждает добросовестность арендатора».
Однако эта презумпция является опровержимой и это ключевой вывод постановления.
Суд специально подчеркнул, что отсутствие формальных препятствий еще не означает автоматического возникновения права на приобретение участка.
«органы публичной власти могут и должны представлять опровергающие презумпцию добросовестности арендатора доказательства».
Соответственно, суд обязан исследовать реальные обстоятельства использования земельного участка, не допуская исключительно формального подхода:
«суды… должны исследовать фактические обстоятельства по существу, не ограничиваясь установлением формальных условий применения нормы».
Поэтому при разрешении подобных споров необходимо оценивать:
количество нарушений;
их характер;
последствия;
своевременность устранения;
длительность добросовестного использования земли.
6. Добросовестность должна оцениваться за весь период аренды
«несвоевременное устранение последствий допущенного нарушения… или тем более повторное нарушение законодательства… способны не только опровергнуть презумпцию его добросовестного поведения, но и вовсе обессмыслить предоставление ему права на льготную приватизацию».
Следовательно, устранение нарушения непосредственно перед подачей заявления само по себе не гарантирует получение участка.
Но самое неожиданное и главное, на мой взгляд, это тезис КС о том, что допустимо учитывать даже нарушения на других земельных участках, а именно этот вывод стал главным новым элементом постановления.
КС указал, что добросовестность хозяйствующего субъекта не может оцениваться изолированно применительно лишь к одному земельному участку.
Суд отметил:
«добросовестность… не может оцениваться фрагментарно и изолированно».
Более того,
«отношение претендента к другим земельным участкам… может быть даже более показательным».
Поэтому сведения о нарушениях при использовании иных сельскохозяйственных земель также могут учитываться при решении вопроса о продаже участка без торгов.
В итоге Конституционный Суд не признал оспариваемые нормы неконституционными.
Он признал подп. 9 п. 2 ст. 39.3 ЗК РФ и абз. 1 п. 4 ст. 10 Закона об обороте земель сельскохозяйственного назначения соответствующими Конституции РФ, однако дал им обязательное конституционно-правовое истолкование.
Суд указал, что органы государственной власти и органы местного самоуправления вправе отказать в продаже земельного участка без торгов, если выявленные в течение трех предшествующих лет нарушения:
повлекли неустранимые последствия;
послужили основанием для привлечения арендатора либо действующих от его имени лиц к административной или уголовной ответственности;
либо носили систематический характер и свидетельствуют о значительных рисках дальнейшего ненадлежащего использования земельного участка.
Кроме того, Суд признал, что обязательному учету подлежат не только нарушения при использовании спорного участка, но и нарушения, допущенные арендатором при использовании иных земельных участков сельскохозяйственного назначения.
Иначе говоря, КС по странной причине предлагает судам исследовать не вглубь, а вширь, учитывая поведение и использование не спорых участков, а поведение арендатора в принципе, тем самым опровергая свои собственные слова о презумпции добросовестности, заменяя ее презумпцией недобросовестности («один раз оступился, значит нет ему теперь веры!»)
Увы, никак не могу согласиться с таким подходом.